Варварская энциклопедия: Вотан

А, Б, В, Г, Д, Е, Ё, Ж, З, И, Й, К, Л, М, Н, О, П, Р, С, Т, У, Ф, Х, Ц, Ч, Ш, Щ, Ы, Э, Ю, Я.

Один на троне

Один на троне

Вотан (Водан, Один) - Германский странствующий бог, предводитель Дикой охоты, "Бог воинов", "Отец ратей". По версии Антона Платова его имя восходит к глаголу "водить" и аналогично слову "воевода" (Дорога на Хай Бразил, или индоевропейский миф о структуре мира. Мифы и магия индоевропейцев - 1. 1995. Стр. 37, 40).

"Голова Одина" из Нисы "Голова Одина" из Нисы. 2 в. до н. э. Найдена при раскопках в 1986 году
Петер Николай Арбо. Дикая охота Одина. 1872. Осло. Национальная галерея Петер Николай Арбо. Дикая охота Одина. 1872. Осло. Национальная галерея
Константин Васильев. Вотан Константин Васильев. Вотан. 1969
Константин Васильев. Вотан и Брунгильда Константин Васильев. Вотан и Брунгильда. 1969
Константин Васильев. Вотан с волками. 22. 06. 1969 Константин Васильев. Вотан с волками. 22. 06. 1969

Johan Egerkrans. Один.

Johan Egerkrans. Один. (Источник)

Вотан и валькирия

Памятный камень с острова Готланд. В центальной части: валькирия встречает всадника на восьминогом коне (Вотана на Слейпнире)

"Один — верховный бог скандинавского пантеона. Многое свидетельствует в пользу того, что первоначально он был довольно скромным божеством и пробил себе путь наверх долгими трудами. Попытавшись выяснить, как развивался образ Одина, мы быстро обнаружим, что бог этот не только известен под множеством различных имён, но и обладает множеством разнообразных ипостасей и атрибутов, варьирующихся от местности к местности столь широко, что может показаться, будто под разными именами скрываются разные божества, не имеющие между собой ничего общего. Однако большинство исследователей полагают, что по существу речь идёт об одном и том же боге или архетипе. Его имена, начиная от самого древнего, таковы:

Воданаз ( Wodanaz) — у первобытных германских племён

Водан ( Wodan) — на территории Голландии

Воден ( Woden) — на территории Англии

Один ( Odin) — на территории Скандинавии

Вотан ( Wotan) — на территории Германии

Таковы основные имена, под которыми этого бога знали северные народы на протяжении последних двух тысяч лет. Имя Wodanaz — древнейшая форма, бытовавшая приблизительно в одно время с формами имён «Турисаз» и «Тейваз», которые относились, соответственно, к Тору и Тюру и сохранились в футарке как имена рун, связанных с этими богами. Итак, у Водана (именно так я предпочитаю называть его в своих ритуалах, в согласии с традицией, принятой у меня на родине) пять различных имён, и ассоциации, возникающие в связи с некоторыми из них, позволяют сразу же выявить черты различия между вариантами их носителя. Так, когда мы слышим имя «Один», воображение рисует перед нами образ бога-воина, покровителя викингов. Если же кто-то назовёт в нашем присутствии имя «Вотан», мы скажем себе: «А-а-а! «Кольцо нибелунга»! Вагнер!». Но многие ли смогут вспомнить, что Вотан — это, в сущности, тот же бог, что и Один, а сюжет «Кольца нибелунга» заимствован из исландской «Саги о Вольсунгах»?

Во избежание путаницы я буду называть богов их скандинавскими именами, так как большинство литературных источников, цитируемых в этой книге, имеют скандинавское происхождение. В некоторых ритуалах очень важно соблюдать точность в обращении с именами силы. Имена «Водан», «Воден» и «Вотан» различаются по звучанию, но не по значению. Однако с именем «Один» дело обстоит иначе. Будучи тождествен Водану, Один, тем не менее, выступает в иной ипостаси. Один — это, так сказать, Водан в дурном настроении.

Водан и Один — это одно и то же божество, но в разных ипостасях, и забывать об этом не следует. Ведь результат магической работы подчас всецело зависит от того, сознаём ли мы, к какой именно ипостаси божества взываем. Отличительные характеристики Одина развились, по преимуществу, в эпоху викингов. А с тех пор, на мой взгляд, роли стихий — или, точнее, отношения между стихиями — несколько изменились.

К какой бы оккультной традиции вы ни принадлежали, одна из первых ваших задач — установить, какая из стихий соответствует божеству, с которым вы намереваетесь работать. Среди прочего, это необходимо для того, чтобы соотнести избранное божество с одной из четырёх сторон света. Некоторые боги поддаются подобной классификации без труда. К примеру, если я заявлю, что Тор связан с югом, едва ли найдётся хоть один оккультист, который со мной не согласится. Но с Одином дело обстоит куда сложнее. Ипостасей у него так много, что в целях конкретной магической работы обычно приходится выбирать одну из них.

Водан и Один связаны, главным образом, со стихией воздуха, но Водану также близки стихии воды и, до некоторой степени, земли. В материковых районах Северной Европы Водан с древности ассоциировался с погодой и урожаем. (По народному обычаю, последний сноп колосьев по окончании жатвы оставляли на поле — как благодарственный дар за урожай и в пищу Слейпниру, коню Водана.) Одину же, кроме воздуха, близок огонь, вследствие чего он агрессивнее древнего Водана, а стихии воды и земли в его образе проявлены очень слабо. Задумавшись над этим, я постаралась выявить причины таких расхождений. И вот к каким выводам я пришла.

Сохраняя постоянную сущность, боги, тем не менее, с ходом времён мало-помалу меняются. Они, как и люди, несовершенны, и развиваются по мере развития своих почитателей. Люди, поклонявшиеся Водану две тысячи лет назад, во многом непохожи на людей, чтущих его сегодня. Следовательно, изменился и Водан. С ростом сознания народа боги либо меняются и развиваются, либо устаревают и умирают. Можно вспомнить, к примеру, что первоначально Водан представлялся как грозовой великан или демон по имени Воде ( Wode ), что приблизительно переводится как «ярость». Постепенно он обрёл чрезвычайно сложную личность и превратился в мудрого бога-шамана, Водана/Одина; но яростную грозовую ипостась он сохранил, хотя она и отступила на второй план по сравнению с новыми атрибутами.

...

Один

Имена : скандинавское — Один ( Odin ), английское — Воден ( Woden ), голландское — Водан ( Wodan ), германское — Вотан ( Wotan )

Главная стихия : воздух

Дополнительная стихия : вода

Цвета : сине-фиолетовый, тёмно-синий, вайда

Числа : девять, три

Тотемные животные : конь, ворон, волк, орёл, змея

Личные печати : валькнут, тридискил ( tridiskil )

Ипостаси : Один, Вили и Ве; воин, шаман, странник

Магические орудия : копьё, посох, кольцо

Цели воззвания : мудрость, оккультные знания, оккультная власть, коварство, невидимость, война, врачевание, отмщение, проклятие

Руны для работы : Ансуз, Гебо, Вуньо, Эйваз, Отила, Дагаз

Обычно для воззвания к Одину следует обратиться лицом на север, хотя в отдельных операциях Один сопоставляется с иными сторонами света.

По своему происхождению Один — на удивление скромное божество. В самой древней форме он фигурирует в верованиях материковых германцев как яростный грозовой великан по имени Воде, собирающий души умерших. Его очень боялись, но культ его не был широко распространён. В этой своей древнейшей ипостаси Один дошёл до нас как легендарный предводитель Дикой охоты. Как бог мёртвых он позднее стал ассоциироваться с магией, тайнами, колдовством и рунами. По всей очевидности, он вытеснил Тюра и занял его место в качестве Небесного Отца, переняв при этом некоторые его атрибуты. Первоначально Тюр был богом войны, а Водан — покровителем тех областей, которые мы сейчас называем «оккультными». Один по-прежнему ассоциировался с мёртвыми даже в позднюю эпоху викингов. Классический его облик (по крайней мере, у меня на родине, в Голландии) — мудрый старик, архетипический маг наподобие толкиеновского Гэндальфа. С войнами и битвами он стал соотноситься лишь позднее. Это следует понимать как отражение перемен в общественном укладе северных народов. Конунги и ярлы стали почитать Одина как своего покровителя, хотя изначально он был народным божеством. В голландской провинции Гронинген вплоть до девятнадцатого века было принято оставлять после жатвы на поле соломенного человечка — в честь «старика», как по-свойски называли Водана. Превратившись в покровителя знати, Один приобрёл и черты вероломства и порочности, присущие правящему классу, что отразилось в ряде мифологических сюжетов. Этим объясняется утвердившаяся за ним в поздний период репутация клятвопреступника.

Рассмотрим два сюжета, в которых Один представлен нарушителем клятв. В мифе о строительстве стен Асгарда Один обещает отдать искусному строителю в награду солнце, луну и богиню Фрейю, если тот успеет выстроить стену вокруг Асгарда за год. Обнаружив, что строитель вот-вот исполнит свою часть договора, Один прибегает к обману и отрекается от данного слова. В связи с этим традиция заклеймила Одина как клятвопреступника; но часто ли вспоминают о том, что строитель и сам был не чужд обмана? Ведь то был великан, представившийся Одину обычным человеком, от которого трудно было ожидать исполнения столь грандиозной задачи в срок. Таким образом, Один получил полное право ответить обманом на обман. Точно так же обстоит дело и в мифе о конунге Викаре. Викар заключает с Одином сделку, обещая принести в жертву одного из моряков с тем, чтобы Один послал его кораблю попутный ветер. Чтобы выбрать жертву, моряки трижды бросают жребий — и всякий раз, к ужасу конунга, жребий падает на него самого. Пытаясь обмануть Одина, Викар подменяет верёвку, на которой его должны повесить, кишками телёнка, дерево — саженцем, а копьё (которым в те времена пронзали жертву, чтобы избавить её от мучительного удушья) — тростником. Но Один распознаёт хитрость конунга. Он превращает тростинку в копьё, саженец — в дерево, а телячьи кишки — в верёвку и получает то, что причитается ему по праву. Таким образом, в большинстве сюжетов, якобы представляющих Одина вероломным, в действительности показана лишь вполне естественная и оправданная реакция этого божества на чужое коварство.

Из стихий с Одином обычно связывается воздух, но личность его настолько сложна и богата, что его можно соотносить и с иными стихиями и сторонами света. Взывать к Одину на востоке можно с просьбами о даровании мудрости и помощи в целительстве, а на юге — о победе в сражении. Но обычно Один соотносится с севером, и взывать к Одину, обратившись лицом на север, можно с просьбами о ниспослании оккультной силы и помощи в чародействе, отмщении или проклятии. Главное оружие Одина — копьё Гунгнир. Оно всегда поражает цель, а на древке его начертаны руны — блюстительницы закона. Эти руны — магическая добыча самого Одина, как и кольцо Драупнир, символизирующее плодородие и раз в девять дней порождающее девять своих подобий. Магические животные Одина — жеребец Слейпнир, в-О-роны Хугин и Мунин, волки Гери и Фреки, а также змея и орёл. В мифе, повествующем о похищении Одрёрира (священного мёда поэзии), Один оборачивается сначала змеёй, а затем — орлом. К этой теме мы ещё вернёмся в главе о женских мистериях.

Магическое число Одина — девять, считающееся особо священным в северной традиции. Девять дней и девять ночей длилось испытание Одина на ветвях Иггдрасиля. Этот срок символически указывает на новое рождение: ведь девять — это и число месяцев, которые длится созревание плода в материнской утробе. По этой причине в других магических традициях девятка обычно считается лунным числом — и совершенно справедливо, особенно учитывая то, что в северной мифологии луна ассоциируется с мужским полом. Кроме того, девять — число матерей Хеймдалля, рождённого девятью морскими девами, дочерьми Эгир и Ран. Отец Хеймдалля в дошедших до нас письменных источниках не назван, но можно не сомневаться, что им был Один. (Что же ещё, как не ветер, волнует морские воды?) По другому варианту, матерями Хеймдалля были девять валькирий — дочери Одина. Так как из скандинавских источников не вполне ясно, кто именно был матерью валькирий, можно обратиться к Вагнеру. У него мы найдём указание на богиню по имени Эрда, которую я отождествляю с Ёрд — древнейшей супругой Одина и, по всей вероятности, старшей сестрой Фригг.

Тройка как священное число уступает девятке лишь немногим. У Одина три ипостаси — Один, Вили и Ве, соответствующие трём основным функциям этого божества — воин, шаман и странник. Среди рун выразителями трёх этих ипостасей служат, соответственно, Ансуз, Вуньо и Отила. Три эти руны, в свою очередь, символизируют три этапа инициации. На первом этапе Один выступает в роли воина-победителя, каковым он описан в «Круге земном» Снорри Стурлусона. В образе воина Один предстаёт и в «Видении Гюльви» (раздел «Младшей эдды», принадлежащей перу того же автора). (Замечу в скобках, что основным источником информации мне служат не эти тексты, а «Прорицание вёльвы».)

Рассмотрим последовательность событий, в ходе которых Один превратился из воина в шамана. После утверждения миропорядка явилась Гулльвейг, что стало причиной войны между асами и ванами. Принятое Одином решение сжечь Гулльвейг имело далеко идущие последствия, так как Гулльвейг олицетворяет один из аспектов Богини. Гулльвейг нередко отождествляют с Фрейей, которая в древнейших материковых источниках практически неотличима от Фригг. Таким образом, этот поступок Одина можно истолковать как вытеснение женского начала с господствующих позиций и наступление патриархата.

Несмотря на то, что Гулльвейг, по всей очевидности, представляет негативную ипостась Богини, тройное её сожжение повлекло за собой рождение норн. Так было положено начало цепочке необратимых событий. Один на этом этапе ещё не обрёл всеведение. Оно было даровано ему лишь после того, как он принёс себя в жертву на ясене Иггдрасиль, превратившись тем самым в шамана. Затем, как в большинстве шаманских традиций, он добровольно принял магическое увечье, пожертвовав своим глазом за право испить из колодца Мимира. Провисев в ветвях мирового древа девять дней, Один обрёл знание рун. У Мимира же он научился их использовать. Это и были девять песен силы, которые Один узнал от Бёльторна, отца Бестлы. Бестла — мать Одина, так что Бёльторн — дед Одина по материнской линии. По общепринятой трактовке, Бёльторн — не кто иной как Мимир. Один отдал свой глаз в уплату за знание прошлого, настоящего и будущего.

Функции предводителя Дикой охоты и проводника душ умерших Один также приобрёл после символической смерти на мировом древе. Ведь именно эта жертва принесла ему способность путешествовать между мирами жизни и смерти.

Эта последовательность событий подводит нас к вопросу о том, какой именно глаз Один отдал Мимиру. Ответа на этот вопрос в эддах мы не найдём. Современные авторы утверждают, будто это был левый глаз, но я намерена с ними поспорить. Я убеждена, что глаз был правый. Разве жертвование левого глаза согласуется с современным оккультным учением? Тот, кто впервые высказался в пользу левого глаза, наверняка находился под влиянием христианских догм. Христианские предрассудки побуждают многих считать левую сторону «нечистой» и «дьявольской». Во многих странах Европы вплоть до недавнего времени детей-левшей заставляли учиться писать правой рукой. С позиций современного оккультизма становится ясно, почему христиане сочли левую сторону символом зла. Левое полушарие мозга отвечает за аналитические способности, а правое — за интуицию. Однако левое полушарие управляет правой стороной тела, а правое — левой. Развивая эту мысль, можно резонно заключить: если Одину предстояло пожертвовать глазом и соответствующей способностью (то есть здесь выбор между аналитическими и интуитивными способностями), он наверняка принёс в жертву правый глаз. Левый же глаз, связанный с интуицией, он сохранил, благодаря чему интуиция его должна была обостриться.

На этом этапе Один становится «увечным врачевателем». Важнейшее из заклинаний, в которых Вотан выступает в качестве целителя, — второе заклинание из Мерсеберга. В этом целительном заклинании Вотан предстаёт, прежде всего, как врачеватель животных.

Третий этап развития функций Одина — превращение его в странника. Обретя всеведение, он понял, что всё равно не может изменить orlog . И тогда он отрёкся от власти и стал странником и учителем. Сознавая, что не сможет пережить Рагнарёк, он, тем не менее, решил позаботиться о том, чтобы выжили другие. Он стал психопомпом — но вместо того, чтобы провожать людей за порог смерти, он помогает им пережить трансформацию сознания. В наши дни главная функция Одина — магическая. Один — маг, наставляющий свой народ в оккультных знаниях и проводящий его через Рагнарёк. Иными словами, он играет роль наставника, ведущего свой народ на новую ступень эволюции. Он — предводитель мистерий инициации.

До сих пор мы рассматривали фигуру Одина в контексте мифов, дошедших до нас через исландские источники, не принимая во внимание тот факт, что христианские переписчики наверняка внесли изменения во многие мифологические сюжеты и, прежде всего, в миф о Рагнарёк. Читая описание этой последней битвы, мы замечаем отдалённое сходство с древнегреческим мифом о битве богов с титанами, завершающейся поражением титанов. Однако в греческом мифе речи о тотальном разрушении не идёт — это специфическая особенность скандинавской мифологии. Поскольку и греческие, и скандинавские мифы восходят к общему индоевропейскому прототипу, есть основания предположить, что образ тотального разрушения мира, дошедший до нас через исландские эдды, — не что иное, как позднейшая вставка, обусловленная христианским мифом о Страшном суде. Таким образом, изначально миф о Рагнарёк, вероятно, был ближе к своей греческой параллели.

Согласно эддическому описанию Рагнарёк, выжить не удаётся почти никому из участников последней битвы. Из богов упомянут только Ньёрд, который после битвы возвращается к ванам. Можно предположить, что выжили и богини. В ходе Рагнарёк каждому из богов противостоит свой особый противник. Противник Тора — змей Ёрмунганд, Червь Мидгарда. Это не первая их встреча: однажды Тор уже схватился со своим заклятым врагом. Отправившись на рыбалку, он поймал Мирового Змея на удочку и нанёс ему могучий удар своим молотом. Не удивительно, что, вырвавшись на свободу, Ёрмунганд сразу же устремляется на своего обидчика. Аналогичным образом встречаются в последней битве Хеймдалль и Локи — ещё одна пара заклятых врагов, и прежде сталкивавшихся друг с другом по различным поводам (к примеру, в борьбе за ожерелье Фрейи, Брисингамен). Против Фрейра выступает Сурт, вооружённый мечом Фрейра — единственным в мире мечом, который способен сокрушать великанов и который Фрейр отдал как выкуп за невесту отцу Герд, родичу Сурта. Один же, согласно мифу, сражается с волком Фенриром, который его и пожирает. Однако Один — не главный противник Фенрира. Главный враг волка — Тюр, некогда нарушивший данную ему клятву, чтобы боги смогли связать его. И, по логике вещей, в день Рагнарёк Фенрир должен броситься в первую очередь на Тюра.

Однако Тюр, как явствует из описания последней битвы, вступает в схватку с псом Гармом. Это нелогично: ведь Гарм, страж Гнипахеллира, предупреждает своим лаем о том, что Фенрир вырвался из оков. Это означает, что Гарм служит асам и причин нападать на кого-либо из них у него нет. С моей точки зрения, в первоначальном мифе именно Тюр был противником Фенрира и погибал в последней битве, тогда как Один не мог умереть вторично: ведь он уже претерпел смерть в испытании на ветвях Иггдрасиля и стал проводником умерших.

...

Один и женские мистерии

Важный, но до сих пор недостаточно исследованный аспект северной традиции, связан с вопросом о том, до какой степени Один зависел от богинь. Попадая в затруднительное положение, Один нередко обращается за советом к богиням. Фрейя наставляет его в искусстве сейта, а у Фригг он спрашивает совета перед тем, как вызвать великана Вафтруднира на состязание в мудрости. Более того, Один, как и все прочие, вынужден подчиняться велениям норн. Не исключено, что один из его воронов, Мунин, — птица женского пола, так как munnin означает «память», а память в оккультной трактовке является женской функцией. Один — Небесный Отец. С этой точки зрения не удивительно, что в мифах он предстаёт полигамным. Функция Небесного Отца — оплодотворять Землю-Мать, подательницу жизни, выступающую в различных своих ипостасях как Ёрд, Фригг и Эрда.

Любовным похождениям Одина посвящено множество скандинавских мифов. Известно, что первой его женой была Ёрд — великанша, олицетворяющая первобытную Землю и ставшая матерью Тора (таким образом, Тор наполовину великан, благодаря чему и может вступать на равных в поединки с великанами). Фригг — вторая жена Одина, живущая с ним в Вальхалле, — дочь Ночи-Фьёргин (возможно, тождественной Ёрд) и мать Бальдра, Хёда и Хермода. Две эти богини — супруги Одина в традиционном смысле слова. Прочие богини и женщины, с которыми он вступал в связь, по статусу ближе к любовницам, однако отношения Одина с ними также исполнены глубокого смысла — как и любая иная деталь мифологии. Для связи по крайней мере с двумя из них — Гуннлёд и Ринд — Один имел веские основания. Обе эти женщины помогли ему добиться определённых целей.

В эпизоде с Гуннлёд цель Одина заключалась в том, чтобы вернуть асам Одрёрир — священный мёд. История священного мёда началась с заключения мира между асами и ванами. По условиям мирного договора, обе стороны обменялись заложниками и сотворили новое божество из слюны асов и ванов, смешанной в одном котле. Из этой слюны родилось мудрейшее в мире существо — карлик Квасир, сочетавший в себе мудрость всех асов и ванов. (Сопоставив этот миф со сведениями из других мифологических систем, можно заключить, что слюна играла роль закваски; однако в контексте женских мистерий можно предположить, что в котёл собрали не слюну, а животворные субстанции.) Затем два карлика убили Квасира и, смешав его кровь с мёдом, изготовили чудесное медовое питьё. Эти карлики, в свою очередь, попали в плен к великанам и вынуждены были отдать им мёд в качестве выкупа. Узнав об этом, Один решил добыть мёд и принести его в Асгард. После долгих приключений он наконец узнал, что мёд спрятан в недрах скалы и сторожит его великанша Гуннлёд.

Чтобы проникнуть в это укрытие, Один уговорил одного великана пробуравить в скале дыру. Затем он превратился в змею и пробрался внутрь, а там вернул себе прежний облик и соблазнил Гуннлёд. Гуннлёд позволила ему выпить три глотка мёда, и этими тремя глотками Один осушил все три котла, в которых хранился чудесный напиток. Потом он превратился в орла и вернулся в Асгард, а Гуннлёд зачала от него и родила Браги — бога поэзии. Эта часть мифа насыщена сексуальной символикой. Гору можно интерпретировать как чрево Богини, а мёд — как менструальную кровь; сексуальная символика очевидна и в эпизоде с превращением Одина в змею и проникновением его в недра скалы. Любопытно, между прочим, что в астрологии и змея, и орёл считаются символами знака Скорпиона. Попытавшись соотнести скандинавских богов с астрологическими символами, я обнаружила, что именно Один лучше всех соответствует характеристикам этого знака. Из рун с Гуннлёд связаны Лагуз и Беркана.

Что касается Ринд, то эта богиня стала матерью Вали, отомстившего за гибель Бальдра. Чтобы склонить её к любовной связи, Один вынужден был прибегнуть к хитрости. Не сумев завоевать её благосклонность ни в одном из множества обличий, он в конце концов наслал на неё чары, от которых Ринд лишилась чувств. Тогда Один превратился в старуху и, придя к родичам Ринд, сказал, что может исцелить её. Проникнув таким образом в её покои, он вернул себе прежний облик и овладел ею. Этот миф связан с символикой времён года. Один добивается любви Ринд по совету чародейки, так как именно Ринд должна родить ему сына, которому предстоит сыграть важную роль в дальнейших событиях. Бальдр гибнет от руки Хёда в день летнего солнцестояния, а Ринд олицетворяет землю, скованную первыми зимними заморозками и не желающую уступать силе солнца, т.е. Одина. Вали должен появиться на свет, чтобы убить Хёда и тем самым помочь Бальдру воскреснуть в день зимнего солнцестояния. Руны, связанные с мифом о Ринд, — Иса и Йера. "

Фрейя Асвинн Мистерии и магия Севера (руны и женская сила) Пер. с англ. Анны Блейз

Вотан

"Кондратьев пишет: "Используя в качестве отправного материала сообщения Тацита, "Датскую историю" Саксона Грамматика, исландские саги и сказки братьев Гримм, Лили Вайзер произвела в своей книге реконструкцию образа древнегерманских тайных обществ, посвятительных организаций берсерков, которые, по мнению Вайзер, "изначально олицетворяли воинство мертвецов". Это неистовое воинство мертвых ( Totenheer ), зловещие упоминания о котором рассеяны по страницам индогерманских сказаний, обладало способностью эмпатически вживаться в образ священных животных (волков или медведей), следуя их повадкам и нагоняя ужас на всю округу. Свидетельства о ритуальном, а не сугубо мифологическом характере таких тайных союзов Вайзер находила, во-первых, в рассказах об оборотнях, а во-вторых, в европейских святочных игрищах Дикой Охоты ( wilde Jagd ), В обоих случаях имелся ввиду определенный союз вполне живых и, как правило, молодых людей, посвятивших себя Богу экстатической битвы Вотану и под его руководством ведущих драматическое сражение'.

Другой исследователь германских древностей - "Хёфлер, показал, что тайные союзы германцев были исключительно мужскими:женщины не только не могли возглавлять Дикую Охоту берсерков, но, более того, они были ее жертвами - в самом прямом смысле. Дело в том, что в сказаниях о Дикой Охоте: крайне распространенным является мотив преследования дикими охотниками неких демонических существ, которые в большинстве дошедших до нас описаний наделяются выразительными женскими признаками. Во время Дикой Охоты берсерки этих женщин-демониц отлавливают, связывают волосами друг с другом, приторачивают к седлу и скачут дальше вместе со своими жертвами. Этот мотив засвидетельствован уже в XIII в. С этого времени начинается знаменитая охота на ведьм, продолжавшаяся примерно до XVII века".

То есть печально известная инквизиция с ее "охотой на ведьм" была продолжением вотанизма на новом уровне - под прикрытием христианства. (В свое время император Карл Великий запретил, под страхом смертной казни, сжигание ведьм в Саксонии, охарактеризовав этот "обычай" как языческий .) "

Александр Елисеев. "Ведьмы" и Мертвецы: Заговор против Заговора

Портрет воеводы. Ругендас Георг Филипп (?). 17-18 вв. Луганский областной художественный музей

Портрет воеводы. Ругендас Георг Филипп (?). 17-18 вв. Луганский областной художественный музей 

Христос

Источник: Плакаты времен Первой Мировой войны.

"Из русских газет, январь 1917:
"На встрече Нового года в штабе юго-западного фронта главнокомандующий армиями генерал-адъютант Брусилов произнес следующую речь:

– …Теперь наступает новый, 1917 год. Я лично, как по имеющимся в моем распоряжении сведениям, так и по глубокой моей вере, вполне убежден, …что в этом году враг будет, наконец, окончательно разбит. Мы его уничтожать совсем не желаем, но мы должны его наказать за то море крови, которым он залил Европу. Мы должны убить в нем его злую силу милитаризма. А сила эта действительно злая. Все народы признают, что есть лишь один общий Бог, сотворивший вселенную. Немцы же говорят, что их бог особый, их «старый немецкий бог». Так как такого бога нет, то я полагаю, что это едва ли не сам сатана. Мы и боремся ныне с этим сатанинским богом, воплощающим ныне дух австро-германского народа. Уповаю, что Бог Единый и Праведный поможет нам его победить. Я поднимаю бокал за Верховного Вождя земли Русской Государя Императора, за Русь святую, за нашу Победу! Да здравствует Государь Император! Да здравствует святая Русь! Ура!". "

Источник: http://gest.livejournal.com/836353.html

Христос

Источник: http://www.payer.de/religionskritik/postkarten.htm

Вверх.

На главную страницу.